Интервью после награждения

Александр Сумароков после вручения благодарственного письма губернатора Архангельской области Александра Цыбульского ответил на вопросы корреспондентов телекомпании «Регион 29»

- Если начинать с самого начала, то родился я в Воркуте,  куда почти одновременно после раскулачивания были сосланы мои родители – отец, Сумароков Михаил Фёдорович, в 1934 году, и мать, Хатанзейская Татьяна Александровна, с дедушкой и бабушкой Хатанзейскими Александром Федуловичем и Евстолией Степановной из Архангельска.

Получилось так, что как специалисты по оленеводству они были привлечены для создания Воркутинского оленеводческого совхоза управления питания Воркутинских лагерей. Несмотря на то, что отец был ссыльным, он стал директором этого совхоза, а дедушка – начальником фермы. Оба были известны ещё в Архангельской губернии как купцы-­предприниматели. Отец из известного торгового дома «Сумароков и сыновья», который упоминается в указе Ивана Грозного (имеется в Морском музее в Архангельске) о создании г. Архангельска, где «купчишкам» Сумароковым разрешается вести беспошлинную ловлю, торговлю рыбой и оленеводство на берегах Северной Двины и Нижнепечорского уезда Архангельской губернии.

Несмотря на то, что я был сыном репрессированного, моё образование в Воркуте было достаточно хорошим, потому что учителями были сосланные в Воркуту преподаватели с докторской учёной степенью, которым я благодарен всю жизнь.

В Воркуте я успешно окончил школу, поступил в Мурманское высшее мореходное училище на судомеханический факультет и далее по семейным обстоятельствам (в связи с женитьбой) переехал в Архангельск, где поступил на работу на судоремонтно-­судостроительный завод «Красная кузница» в качестве инженера-­конструктора. Из эпизодов работы на «Красной кузнице» мне запомнился один существенный момент – когда я участвовал в строительстве из двух американских судов типа «Либерти» (которые во время войны были потоплены на Северной Двине близ Мудьюга нового судна «Тбилиси».

В 1958 году по решению Н. С. Хрущёва в Архангельск был переведён ЦНИИМОД, куда я поступил, прочитав объявление, что требуются   конструкторы и предоставляется жильё. В декабре 1959 года я был принят на экспериментальный завод «Красный Октябрь» ЦНИИМОДа в качестве инженера-­конструктора, где работал более 40 лет и прошёл путь от инженера-­конструктора до заместителя директора по научной работе и внедрению.

Одновременно в Архангель­ском лесотехническом институте я получил второе образование инженера-­механика по машинам и оборудованию деревообработки. Поступил в аспирантуру и защитил диссертацию в Ленинградской лесотехнической академии, получив степень кандидата технических наук.

Знаете, мне всегда везло на людей. В своё время меня поддержали директор ЦНИИМОД,  профессор Александр Васильевич Грачёв, и председатель Совнархоза, а впоследствии министр лесной промышленности Николай Владимирович Тимофеев.

К этому же времени относится и разработанная по авторскому свидетельству и одновременно запатентованная за рубежом (в частности в Канаде) линия агрегатной переработки брёвен ЛАПБ­-1. Была создана группа агрегатного лесопиления, руководителем которой я был назначен как один из авторов патента, и первый экспериментальный образец этой линии был испытан в 1966 году, о чём есть публикация в журнале «Техника молодёжи». Наша разработка получила одобрение, и на всесоюзном научно-техническом конкурсе молодых учёных и специалистов я получил премию ЦК ВЛКСМ по НТТМ.

После получения этой награды Министерством лесной промышленности я был зачислен в резерв экспертов ООН и одновременно начал изучать английский язык, преподавателем моим был заведующий кафедрой АЛТИ В. М. Лазарев. В течение трёх лет я занимался без отрыва от производства, сдавал ежегодно экзамен в Москве на высших курсах английского языка, по окончании которых был направлен 1979 году в работу в качестве эксперта ООН ЮНИДО в Народно-Демократическую Республику Лаос, где работал до 1984 года советником министра лесной промышленности и ремёсел ЛНДР.

По возвращении из Лаоса я был назначен заместителем директора по научной работе и внедрению во Всесоюзное научно-­производственное объединение «Союзнаучдревпром».

В 1985 году под руководством министра Минлесбумпрома СССР Бусыгина Михаила Ивановича ЦНИИМОДом была создана программа технического перевооружения, для осуществления которой было создано советско-­австрийское предприятие «Технодрев», в состав которого вошли архангельский ЦНИИМОД, фирма Шпрингер (Австрия) и проектно-технологический институт «Гипродрев» (г. Ленинград). Генеральным директором коллегия Минлесбумпрома назначила меня, а президентом – доктора Хансйорга Шпрингера.

В качестве первой опытно-­промышленной площадки рассматривался Усть-Илимский ЛПК, и нам удалось полностью реконструировать (на базе оборудования фирмы Шпрингер) весь участок лесопильного цеха по сортировке сухих и сырых пиломатериалов. Одновременно предусматривалось налаживание совместного производства оборудования лесопильных предприятий. В качестве первого опытного предприятия и оборудования был выбран Увинский ЛДЗ в Республике Удмуртия. Совместно с фирмой Шпрингер и машиностроительными предприятиями Ижевска на этом предприятии была создана и до сих пор работает линия сортировки брёвен.

Но с наступлением перестройки, в смутные перестроечные времена, «Технодрев» вместе с Минлесбумпромом развалился, одновременно с министерством был ликвидирован и ЦНИИМОД. По предложению М. И. Бусыгина доктор Хансйорг Шпрингер пригласил меня в качестве советника и эксперта по лесопильно-­деревообрабатывающей промышленности России.

Я благодарен судьбе. Я был востребован и как учёный, и как специалист в области лесопиления и деревообработки, у меня отличные дети и внуки, которые, правда, решили посвятить свою жизнь не ЛПК, а медицине.


Подготовил Сергей Кондратьев.


Дата публикации: 23 ноября 2021
Опубликовано в "Лесной Регион" №18(294)
Теги: Откровенный разговор, Награды




Другие новости по теме:




Сообщить о ошибке


Комментарии (0)
Оставить комментарий