Главная тема — сырьё!

(Продолжение. Начало в № 9)

После выступления на депутатских слушаниях министра природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области Сергея Шевелёва стало ясно, насколько сложен вопрос распределения лесфонда.

Леса можно условно разделить на две категории: привлекательные (доступные для освоения) и непривлекательные (недоступные для освоения).

На слушаниях речь шла в основном о привлекательных лесах. И привлекают эти леса в первую очередь крупный бизнес, который заинтересован в развитии своего производства, вкладывает значительные средства в модернизацию производственных мощностей. По мнению специалистов, и новый Лесной кодекс, и постановление Правительства РФ № 419 (О приоритетных инвестпроектах в области освоения лесов) написаны под диктовку крупного бизнеса. Вот и появилось такое чудесное понятие как «Приоритетный инвестиционный проект в области освоения лесов» (далее в тексте ПИП).

Благодаря чему крупный лесной бизнес получил широкий и дешёвый доступ к лесному фонду. Достаточно было разработать ПИП, пройти все процедуры его согласования, и государство широким жестом позволит набирать лесфонд (свободные от закрепления участки леса).

И платить за бесценный лесной ресурс всего 50% минимальной ставки платы за лес на корню.

При этом крупный бизнес, нацеленный на развитие, вынужден и без всяких ПИП вкладывать средства в модернизацию, строительство новых производств, чтобы не проигрывать в конкурентной борьбе. А ПИП стал своеобразным подарком государства крупному бизнесу: получай лесфонд без аукционов и по привлекательной цене!

Причём крупный бизнес уже давно ведёт заготовку леса современными комплексами, для которых нужны крупные лесные массивы. Тем не менее при наборе лесфонда под ПИП забиралисьвсе лесные участки, в том числе и непригодные для освоения комплексами. Разгадка проста: эти непригодные для комплексов участки леса можно сдать в субаренду малому и среднему бизнесу (далее в тексте – некрупному).

Отдалённые лесные массивы (к примеру, в Лешуконском районе) не заинтересовали крупный бизнес для реализации ПИП. Как видим, в борьбе за лесные ресурсы крупный бизнес пока успешно выигрывает у некрупного.

Было бы интересно знать, как осваивает расчётную лесосеку крупный бизнес и не уподобляется ли собаке на сене?

Больше всего пострадал от нового Лесного кодекса некрупный бизнес. И этому есть ряд причин. Главная причина – нежелание и неумение некрупного лесного бизнеса действовать согласованно, договариваться между собой. Особенно это касается Архангельской области, где лесные предприниматели в течение многих лет не хотели создавать областной Союз лесопромышленников, чтобы совместно влиять на региональную и федеральную власть, на крупный бизнес и тем самым отстаивать свои интересы.

Кто мешал некрупному бизнесу объединиться и разработать ПИП, состоящий из десятков мелких ПИП, и получить лесфонд на льготных условиях? Только неумение и нежелание объединиться. Сейчас начал работу Союз лесопромышленников Архангельской области. Думаете, весь некрупный бизнес области вошёл в состав Союза, чтобы работать вместе? Как говорил один известный экономист — отнюдь. Напрашивается вывод, что некрупный бизнес решил проблемы с обеспечением лесфондом и чувствует тебя прекрасно, поэтому и не очень стремится объединяться.

Привлекает ближний лес и местное население, справедливо считающее, что нельзя отдавать под заготовку леса участки леса, где люди собирают грибы и ягоды.

Федеральные законодатели основным способом распределения лесфонда сделали аукцион. Посчитав, что чем выше цена аукциона, тем больше доходов получит государство. Вышло с точностью до наоборот. Цена на аукционах повысилась, а вот выросли другие доходы бюджетов?

Любой предприниматель легко может подсчитать, сколько с одного заготовленного кубометра древесины получил местный, областной и федеральный бюджеты. Эта сумма в несколько раз больше цены аукциона. Именно этот показатель и должен быть решающим при распределении лесных ресурсов. А не «кто в состоянии больше заплатить на аукционе», а потом государство получит за лес копейки.

К примеру, у крупного бизнеса основная прибыль, самые крупные налоги зачастую остаются не в регионе, а где-то за пределами области, там, где зарегистрировано головное предприятие. Выходит, что местная власть от передачи лесфонда в районе крупному бизнесу обычно получает лишь вырубленные участки леса, разбитые лесовозами дороги и мосты.

Некрупный бизнес, зарегистрированный обычно в районах, чаще всего взаимодействует с местными властями, помогая решать социальные проблемы. Об этом лучше всего спросить глав районов.

В последнее время власть стремится увеличить поступление налогов и платежей, усиливая давление на некрупный бизнес. Некрупный бизнес, если выразиться помягче, – «принимает меры к оптимизации этих отчислений». Иначе некрупному бизнесу просто не выжить.

Таким образом, довольно сложно выяснить, насколько эффективно и рационально используется наше главное богатство – лес.

А теперь — о чём ещё шла речь на депутатских слушаниях после выступления Сергея Шевелёва.

Исполнительного директора Союза лесопромышленников Анд-рея Зубова волновало, что под ПИП отдаются всё новые и новые лесные участки, что есть случаи резервирования под ПИП лесных участков, у которых ещё только истекает срок договоров аренды.

Сергей Шевелёв ответил, что такой практики нет. Арендованные участки после окончания срока аренды могут быть переданы под ПИП, либо выставлены на аукцион, либо переданы в зону муниципального потребления. Окончание срока аренды вовсе не означает, что какие-либо лесные участки обязательно будут переданы под ПИП.

Арендаторы лесных участков должны внимательно следить за изменениями законодательства и принимать меры, прописанные в законах, чтобы иметь возможность заключить новый договор аренды. Как следует из проекта нового закона, не менее чем за месяц до истечения срока договора аренды добросовестный арендатор должен обратиться в министерство с заявлением о намерении заключить новый договор аренды на данный лесной участок.

Согласно действующему в настоящее время закону по истечении срока договора аренды лесной участок считается свободным от закрепления и может быть выставлен на аукцион или передан под ПИП, передан в зону муниципального потребления. В этом случае районная власть должна обратиться в министерство с предложением сохранить участок за арендатором, поскольку он является добросовестным арендатором, налогоплательщиком, участвует в социальных программах района, имеет лесоперерабатывающие мощности, создаёт для жителей района рабочие места.

И здесь уже региональная власть принимает решение. При этом следует помнить, что Лесной кодекс — закон прямого действия и его нарушать нельзя.

Обсуждалась на слушаниях по инициативе депутата областного Собрания Андрея Палкина и разрубка трасс для линейных объектов, когда лес вырубается, складывается в штабеля и попросту сгнивает. Хотя для некрупного бизнеса именно разрубка трасс для линейных объектов может стать одним из источников сырья.

По словам Сергея Шевелёва, федеральным законодательством до сих пор не отрегулировано использование заготовленной древесины от разрубки трасс для линейных объектов и все предложения регионального министерства по этой проблеме пока не приняты во внимание.

Древесина, заготовленная в ходе разрубки трасс для линейных объектов по федеральным программам, является собственностью федерального центра, и уже центр принимает решение, что делать с этой древесиной. По сложившейся практике она чаще всего сгнивает в штабелях.

В этом случае, пока не приняты изменения в федеральное законодательство, выход один – договариваться с энергетиками, газовиками, железнодорожниками и находить взаимоприемлемые решения.

По инициативе представителей районных властей обсуждалась на депутатских слушаниях судьба лесных кварталов, входящих в зону муниципального потребления.

По словам Сергея Шевелёва, необходимо провести ревизию
этих участков и совместно с районными властями принять решение об увеличении зоны муниципального потребления или её сокращении в зависимости от потребности того или иного района. Поскольку в одних районах расчётная лесосека в зоне муниципального потребления 20 тыс. кбм, в других — до 200 тыс. кбм. Сейчас министерство на перспективу занимается формированием зоны муниципального потребления.

Как известно, очередные изменения в Лесной план Архангельской области будут вноситься в 2018 году, и поэтому необходимо провести все подготовительные работы, связанные с распределением этого лесфонда.

Внеочередные, хотя и незначительные изменения в Лесной план обойдутся региональному бюджету почти в миллион рублей. Время до 2018 года (когда в Лесной план региона будут вносить правки) ещё есть, и надо основательно поработать над поправками в Лесной план, чтобы потом не кусать локти.

Возник вопрос и об участии Единого лесопожарного центра в лесных аукционах для дальнейшей перепродажи заготовленной древесины на условиях, невыгодных для бизнеса.

Сергей Шевелёв внёс ясность: в 2010 году ЕЛЦ действительно участвовал в лесных аукционах, но это была вынужденная мера. Предприятие финансировалось из бюджета только на 50%, а тушить лесные пожары и заниматься лесным хозяйством всё равно надо.

Немало ошибок допустило и прежнее руководство ЕЛЦ, изучением ошибок сейчас и занимаются компетентные органы.

Председатель комитета областного Собрания депутатов Александр Дятлов зачитал письмо жителей Верхнетоемского района руководству области, в котором речь шла о бедственном положении жителей района, связанном с тем, что крупный арендатор лесного фонда в районе ОАО «Лесозавод-2» не осваивает расчётную лесосеку, неоднократно банкротил свои лесозаготовительные предприятия. Жителей района беспокоит, что лесфонд ОАО «Лесозавод-2» поделят между двумя крупными лесными холдингами и лесная отрасль, местный бизнес в районе будет деградировать.

По словам Сергея Шевелёва, северо-восточная часть Верхнетоемского района непривлекательна и даже недоступна в транспортном отношении для некрупного бизнеса и скорее всего будет отдана под инвестпроекты. А вот западная часть вполне пригодна для освоения некрупным бизнес и может быть использована в интересах муниципального образования, местного бизнеса.

Депутат областного Собрания Андрей Анин предложил министерству раскрывать информацию об участках, свободных от закрепления, участках, где истекает срок аренды, чтобы бизнес мог планировать свою деятельность, знал, где можно развернуть производство.

Сергей Шевелёв согласился с предложением и добавил, что и лесной бизнес должен открывать свои карты. Министерство заинтересовано знать по каждому району — работающие предприятия, намерения лесного бизнеса, объёмы производства, количество занятых работников, суммы уплаченных налогов, в каких социальных программах участвуют.

На слушаниях прозвучало ещё несколько вопросов и предложений. Такая активность свидетельствует, что бизнесу и власти надо чаще встречаться, и площадкой для общения может быть не только зал заседаний, но и Интернет. Чтобы бизнес и власть могли задать друг другу вопросы и получить исчерпывающие ответы.

Так, депутат областного Собрания Сергей Мышковский предложил каждому району разработать лесной паспорт — документ, из которого было бы видно, какие предприятия работают на территории, какие виды продукции выпускают, что планируют на перспективу, сколько лесных ресурсов необходимо. Власть в свою очередь должна чётко дать понять бизнесу, в развитии каких производств заинтересован район. Тогда станет ясно, что имеет и планирует бизнес и что планирует власть.

В своём выступлении генеральный директор ООО «Интерстрой» и председатель совета «Региональной ассоциации инициатив развития малого и среднего предпринимательства» Сергей Дерябин внёс несколько предложений, касающихся поддержки некрупного бизнеса. В частности, Сергей Николаевич предложил правительству области заказать САФУ разработку нескольких типовых схем современного лесного предприятия (бизнес-план, техническое решение, способы финансирования, информация о мерах господдержки и т. п.).

Также предложить преференции местным предпринимателям для реализации программы по переселению из ветхого жилья; создать в регионе лесной кластер – а это дополнительные средства из федерального бюджета для региона.

Руководитель ООО «Лесная компания» (Красноборский район) Сергей Волов в своём выступлении и на слушаниях отметил, что в районе расчётная лесосека 1 млн кбм. В аренду переданы лесные участки с расчётной лесосекой 850 тыс. кбм, из них 550 тыс. кбм — расчётная лесосека лесного филиала «Группа «Илим» в г. Коряжма, остальная часть «расчётки» распределена среди 11 арендаторов, 10 из которых имеют собственное лесопильное производство. У двух предприятий срок аренды заканчивается, и дальнейшая перспектива этих предприятий не ясна.

Часть предпринимателей работали по краткосрочным договорам, благодаря чему в районе работало 20 пилорам, на сегодня 11 пилорам закрылось, а на каждой пилораме работало 20-25 человек. Так отсутствие лесных ресурсов спровоцировало рост безработицы в районе, затормозило многие социальные программы.

К сожалению, субъектов предпринимательства становится всё меньше, а вот проверок предпринимателей — всё больше. Закон говорит, что проверки должны проходить раз в три года, а фактически бизнес проверяется ежемесячно.

Подводя итог депутатских слушаний, Александр Дятлов отметил, что слушания прошли весьма демократично. Все стороны диалога высказались и услышали друг друга.



Сергей КОНДРАТЬЕВ.


Дата публикации: 16 июня 2014
Опубликовано в "Лесной Регион" №10 (153)
Теги: Промышленность




Другие новости по теме:





Комментарии (0)
Оставить комментарий