В общественном мнении прочно засел стереотип о том, что аренда леса бизнесом – это только вырубка, читай – «уничтожение» природного богатства и его истощение. Но сегодня арендаторы лесных угодий демонстрируют другой, современный подход. Директор департамента лесообеспечения ПЦБК Иван Полынский объясняет, почему без арендатора лес «болеет» и горит, а с арендатором получает уход, санитарную очистку и восстановление.

Лес – не просто деревья

«Лес – это не просто деревья». С этой фразы Иван Полынский начинает разговор. Эксперт уточняет, что лес – это большая живая экосистема, которая связывает деревья, кустарники, микроорганизмы, животных и птиц. И относиться к нему как к бесконечному складу древесины – значит обрекать на деградацию.

«Если прямо говорить, в лесу для его жизни важно всё – от мелких микроорганизмов до большого дуба, – объясняет Полынский. – Без какого-либо одного показателя дальнейшее развитие экосистемы невозможно, будет просто угасание».

Арендатор лесу не враг

Иван Полынский готов аргументированно разрушить миф, что арендатор является врагом леса, что аренда леса бизнесом – почти преступление. Вероятно, в обществе ещё бытует мнение, что, взяв лес в аренду, предприятие якобы приходит и вырубает всё подчистую, а потом бросает пустоши. Полынский с этим не согласен.

«Мы занимаемся не только вырубкой леса, но и его восстановлением, потому что, вырубив, нельзя не восстановить», – говорит он.

Причём он отмечает, что это не только моральная позиция, но и законодательная обязанность. Лесной кодекс требует: сколько вырубил – столько же должен восстановить.

Почему арендатору не всё равно, что будет с лесом через 30 лет? Полынский объясняет просто – дело в перспективе, которая даёт прямую экономическую выгоду.

Предприятие заинтересовано в том, чтобы лес был здоровым и рос. Аренда даётся на десятилетия. И если уничтожить ресурс сегодня – завтра работать будет не с чем.

Список обязанностей арендатора

По словам Полынского, список обязанностей арендатора гораздо шире, чем кажется.

Санитарные рубки: удаление больных и «фаутных» деревьев.

«Это делается для того, чтобы остальные породы, которые более ценные, смогли лучше вырасти», – уточняет эксперт.

Борьба с вредителями. Одна из самых серьёзных угроз сегодня – уссурийский полиграф. Этот жук уничтожает пихту.

«Если не вырубать поражённые насаждения, жук будет распространяться дальше, за сезон даёт несколько поколений», – предупреждает Полынский.

Лесовосстановление: искусственное (посадка), комбинированное и содействие естественному возобновлению.

«Примерно 30-­35% площадей мы засаживаем искусственно, остальное – комбинированное или естественное восстановление», – уточняет эксперт.

Биотехнические мероприятия: развешивание скворечников, создание солонцов для лосей. «Чтобы птицы могли заселяться и потреблять жучков-паучков, которые убивают лесные насаждения», – поясняет Полынский.

Почему бесхозный лес – это проблема?

По мнению Полынского, лес, у которого нет хозяина, – это лес, за которым никто не следит.

Даже на свободных участках, которые не сданы в аренду, ответственность за пожарную и санитарную безопасность размыта. А арендатор обязан тушить, чистить, восстанавливать.

Сколько леса у ПЦБК, и что там происходит?

Всего предприятие арендует в Пермском крае 400 тысяч гектаров. Это около 3% всех лесов региона. Ежегодная заготовка составляет около 700 тысяч кубов.

При этом, по словам Полынского, не вся аренда подвергается рубке. Значительные площади остаются нетронутыми и выполняют свои природные функции.

Пока лес в аренде, у него есть хозяин. А значит, есть кому убирать сухостой, тушить пожары, сажать новые деревья и бороться с жуком-полиграфом.

Светлана Худеньких.

Опубликовано в "Лесной Регион" №09(380)