Цифровизация ЛПК: вызовы и решения
Вчера, 23:09
С 2022 года лесопромышленная отрасль замещает продукты иностранных вендоров отечественными аналогами. Однако российские компании в большинстве случаев продолжают использовать зарубежные ИТ-решения.
Об импортозамещении, масштабировании собственных решений на производстве, ИТ-бюджетах и многом другом в интервью ComNews рассказала вице-президент по ИТ Группы «Илим» Ирина Пирогова.
- Как уход западных вендоров в 2022 году повлиял на ИТ «Илима»? Удалось ли за 4,5 года найти отечественные аналоги для замены зарубежного софта на производстве?
- Ситуация 2022 года стала для нас серьёзным вызовом, но одновременно и катализатором пристального рассмотрения имеющегося программно-аппаратного комплекса с точки зрения «reuse». Мы провели полную инвентаризацию ИТ-ландшафта и выделили критически важные системы, которые нельзя было оставить без поддержки, и замена которых была бы экономически нецелесообразна.
За последние 4,5 года мы прошли путь от «латания дыр» собственными силами до выстроенной стратегии импорто-независимости в области программного обеспечения и выстраивания логистических цепочек по запасным частям для hardware. Мы потеряли поддержку западных вендоров, но смогли обеспечить достойное сопровождение корпоративных систем, при этом не кинулись в безрассудное импортозамещение.
Если говорить предметно, то полноценных аналогов западных решений «из коробки» до сих пор мало, особенно в промышленном софте – классе систем MES, АСОДУ и тем более АСУ ТП. Однако российский рынок заметно повзрослел. Появились зрелые отечественные продукты в области ЭДО, BI, информационной безопасности, систем управления транспортом.
В части производственной автоматизации мы активно используем комбинацию отечественных решений, китайских аналогов и собственной разработки. Где-то приходится дорабатывать продукт под специфику целлюлозно-бумажной промышленности и лесозаготовки, где-то – менять архитектуру. Главный вывод: «коробочного» замещения не будет. Ближайшая перспектива – гибридная модель: имеющееся ПО + отечественный вендор + инхаус-доработка + консалтинг от интегратора.
- В 2023 году «Илим» внедрила на предприятиях систему MES CAT. Как спустя три года вы можете оценить результаты внедрения этого проекта? Каковы дальнейшие шаги по его масштабированию на производственных предприятиях компании?
- Проект MES CAT один из наших флагманских проектов. За три года мы получили прозрачность производственных процессов на нашем новом комбинате в Усть-Илимске, сократили ручной ввод данных, ускорили формирование производственной отчётности по целлюлозно-картонному комбинату. Система доказала работоспособность и эффективность в условиях реального завода – с высокой нагрузкой, непрерывным циклом и жёсткими требованиями к надёжности и быстродействию.
Дальнейшие шаги – тиражирование на остальные площадки с учётом специфики каждого производства (разные технологические цепочки, разное оборудование). Параллельно мы наращиваем функциональность нашего нового MES: более тесная интеграция с ERP, с системами нижнего уровня. Наша цель сделать так, чтобы MES стала не просто «системой производственного учёта», а ядром операционного управления производством и дополнением АСОДУ.
- Какое зарубежное ПО вы успели импортозаместить, а какое продолжает функционировать внутри компании? В какой перспективе планируете полностью перейти на отечественный софт?
- Мы не меняем стратегию и ориентируемся на её принцип best-of-breed, продолжаем использовать проверенное и лучшее программное обеспечение, предложенное рынком. Мы никогда не ставили задачу «поменять всё к определённой дате любой ценой» – приоритет в том, чтобы замещение не снижало надёжность производства, продаж и всех вспомогательных функций Группы «Илим».
В нашем реалистичном пятилетнем плане не обозначен горизонт полного перехода на отечественный стек ни по критическим системам, ни по вспомогательным. Замены и улучшения рассматриваются точечно, в том числе с учётом регуляторных требований нашего государства.
- Как вы оцениваете работу с отечественными вендорами ПО? Устраивает ли скорость работы, качество, поддержка?
- Оцениваем дифференцированно. Крупные ИТ-компании, давно представленные на рынке и имеющие опыт работы в промышленности, вполне зрелые: качество продукта и поддержка находятся на приемлемом уровне, хотя скорость реакции на сложные бизнес-запросы иногда ниже, чем хотелось бы. Молодые вендоры гибче и быстрее, но им не хватает глубины экспертизы в специфике производства.
Главная проблема – не столько в качестве кода, сколько в зрелости внутренних процессов: документация, регламенты и процедуры обновлений, гарантии совместимости версий. Мы выстраиваем партнёрские отношения с компаниями: участвуем в их дорожных картах, даём обратную связь, в очень ограниченном количестве проектов идём на софинансирование разработки. Надеюсь, что это выглядит позитивно и взаимовыгодно. Мы получаем ИТ-решение, а они – референс и отраслевую экспертизу.
- Каков в данный момент баланс между собственной инхаус-разработкой и покупкой готового софта в текущей ИТ-стратегии компании? В чём вы видите плюсы и минусы инхаус-разработки? Есть ли идея создания кэптивной ИТ-дочки?
- Баланс примерно 20/80: только около 20% – инхаус-разработка, остальное – покупка готовых решений и интеграция. Фокус нашей ИТ-команды заточен на то, чтобы удержать в работоспособном состоянии имеющиеся программные активы и ИТ-инфраструктуру.
Среди плюсов инхауса – скорость реакции на бизнес-запрос, глубокое знание процессов, контроль над критическими данными. Но есть и минусы: стоимость поддержки компетенций, риск «залипания» на устаревших технологиях, сложность масштабирования команды.
Идея создания кэптивной ИТ-дочки обсуждалась, но мы смотрим на неё прагматично. Она имеет смысл, если мы готовы выводить на рынок отраслевые продукты и продавать их другим предприятиям ЦБП. Пока в приоритете – зрелость внутренних процессов, а не коммерциализация. Но как направление мы рассматриваем эту идею на будущее.
- Как в последние годы у компании складывается ситуация с ИТ-бюджетами? За счёт чего они формируются? Какое процентное соотношение в бюджете заложено на поддержание текущей непрерывной деятельности комбинатов и на внедрение новых продуктов?
- ИТ-бюджет формируется за счёт операционной деятельности компании и защищается на уровне инвестиционного комитета. Последние годы бюджет не растёт. Привычная картина в соотношении run-change-transform в бюджете ИТ серьёзно изменяется и приближается к Принципу Парето с акцентом на поддержание текущей деятельности (run). Хотя, безусловно, есть понимание, что экономия на ИТ – это ложная экономия, потому что она бьёт по устойчивости компании.
- Приходится ли вам сталкиваться с сокращением ИТ-бюджетов в последние годы? С чем это связано? Какие статьи расходов обычно идут под сокращение?
- Сокращений ИТ-бюджета в ноль, конечно, не было, но была оптимизация отдельных статей. Мы пересматривали контракты с вендорами, отказывались от дублирующих систем, переводили часть инфраструктуры на собственные мощности.
В непростых условиях для бизнеса в целом и отрасли ЦБП в частности Группа «Илим» не оптимизирует ИТ как таковые, а ведёт работу над эффективным расходованием бюджетных средств внутри ИТ. Защищённые статьи – информационная безопасность и поддержка критических производственных систем.
- С 2025 года лесопромышленная отрасль перешла на ФГИС ЛК. Как проходит ваша интеграция? Реагирует ли регулятор на запросы и предложения?
- Интеграция проходит в рабочем режиме, но не без сложностей. Мы встроили ФГИС ЛК в контур наших ERP и складских систем, обеспечили передачу данных по ЭТрН и сопроводительным документам. Ключевые сложности: точность геоданных (расхождения в координатах делянок), отсутствие стабильной связи, а зачастую и просто связи, на лесосеках, дублирование данных между ФГИС ЛК и ГИС ЭПД.
Регулятор реагирует: за последний год появились улучшения, сократились сроки обработки запросов, появились разъяснения по спорным ситуациям. Но остаётся запрос на полноценный оффлайн-режим для мобильных приложений и на стандартизацию форматов обмена данными между ФГИС ЛК, НСПД и ведомственными системами.
- Насколько интегрирован искусственный интеллект в производственные процессы компании? Какие задачи, в первую очередь, решает ИИ: сокращает финансовые расходы, заменяет сотрудников или что-то иное?
- ИИ у нас – не хайп, а инструмент. Он встроен в несколько контуров: машинное зрение при приёмке лесосырья, для контроля качества на отдельных линиях, оптимизация логистики и складских запасов, есть наработки по интеллектуальным помощникам в части обработки заявок и документооборота.
В приоритете не замена сотрудников, а повышение эффективности: снижение простоев, сокращение брака, оптимизация расхода сырья и энергии. Финансовый эффект есть, но мы измеряем его не только в рублях, а в устойчивости производства. Замену людей ИИ рассматриваем только в рутинных операциях, где это высвобождает персонал для более квалифицированной работы.
- Как «Илим» решает проблему с дефицитом ИТ-кадров, учитывая узкую специализацию в сфере промышленной автоматизации? Удаётся ли конкурировать за ценные кадры с крупными ИТ-корпорациями и банками?
- Дефицит кадров – один из главных барьеров, и мы это честно фиксируем в нашей стратегии. Проблема в том, что рынок предлагает специалистов, совмещающих один-два направления, а у нас в подразделении ИТ исторически сложилась гиперконцентрация экспертизы, когда ключевой сотрудник закрывает пятьшесть узких направлений. Замена такого эксперта за приемлемый срок практически невозможна, а поиск на рынке занимает более шести месяцев.
Конкурировать с телекомом, банками и ИТ-компаниями по зарплатам сложно – мы это понимаем. Группа «Илим» конкурирует интересной работой и масштабом задач. У нас уникальная специфика: промышленная автоматизация, MES, цифровые двойники, интеграция с реальным производством. Это привлекает людей, которым интересна сложная техническая задача, а не только работа в финансовой сфере.
Системно на уровне компании в целом развивается партнёрство с вузами, в том числе через «цифровые кафедры». Полностью закрыть дефицит это не позволит, но надеемся, что удастся создать устойчивый поток молодых кадров.
- Какие топ-3 стратегические ИТ-цели ставите себе на ближайшие годы?
- Если коротко, у нас три взаимосвязанные цели. Первая – построить единый цифровой контур управления производством и продажами на базе устойчивых решений и системной интеграции: хочется уйти от систем, которые просто регистрируют данные, к оптимизации решений и предиктивному управлению по данным.
Вторая цель – масштабировать ИИ и промышленную аналитику: от отдельных пилотов перейти к системному применению в производстве, логистике и управлении с измеримым эффектом на эффективность и устойчивость.
И третья цель – завершить импортозамещение критического ИТ-ландшафта, чтобы соответствовать требованиям регулятора и при этом обязательно сохранить надёжность аппаратной и программной среды компании. Эти цели связаны между собой: без единого контура не будет данных, без ИИ не будет конкурентного преимущества на горизонте 5-10 лет, а без замещения – уверенности в устойчивости базы.
20 ноября 2026 года состоится IV Федеральный форум по ИТ и цифровизации в лесопромышленном комплексе Smart Forest 2026 в СанктПетербурге (Гранд отеле Эмеральд 5, Суворовский проспект, 18).
Smart Forest 2026 – независимая информационная и дискуссионная площадка, объединяющая ИТ-директоров, лидеров цифровизации, разработчиков отечественного ПО и оборудования и представителей государственной власти для формирования технологического суверенитета лесопромышленного комплекса РФ.
Опубликовано в "Лесной Регион" №17(388)
Другие новости по теме: